До 12 лет я жил в маленьком поселке Холм. 10 лет жизни в этой деревне прошли без электричества. Учился в местной начальной школе, где на уроке музыки использовался патефон. Домашняя работа и чтение книжек выполнялись при керосиновой лампе. Считал, что всё это так и должно быть, иной жизни не знал.
Когда приходил в местный магазин за керосином, завмаг закрывала дверь магазина на железный засов и замок, шла к бочке, которая была зарыта в землю метрах в тридцати. Она открывала люк, набирала с помощью длинного ковша керосин и заливала в тару, которую я подавал. Потом она закрывала люк на замок, шла к магазину, открывала замок, снимала засов, открывала дверь для оплаты. Процедура эта выдерживалась точно, видимо, такова была инструкция охранной и пожарной безопасности.
В этот магазин можно было принести найденную стеклянную бутылку и обменять на 100 граммов дешевых карамельных конфет, которым очень радовался растущий детский организм. Главное, чтобы у бутылки не было разбито горлышко.
Мужички пенсионного возраста, у которых появлялись небольшие денежки, приходили в магазин, чтобы выпить немного водки. Завмаг наливала им из открытой бутылки в уже приготовленный дежурный граненый стакан. Они тут же, не отходя от кассы, выпивали и удовлетворенные уходили.
У завмага было прозвище «Килограммиха». Все думали, что эта кличка связана с ее работой в магазине. Потом выяснилось, что это из-за мужа по прозвищу «Килограмм», которого когда-то не призвали в армию из-за нехватки одного килограмма веса. Странная причина, ведь этот килограмм в той же армии он мог бы набрать быстро, но, скорее всего, армия не особо нуждалась в воинах.
И вот наступил момент, когда в поселок высадился «десант» электриков из райцентра, который в интенсивном режиме включился в работы по электрификации деревни. Это было примерно в 1969 году.
Во главе бригады был долговязый черный цыган. Он был очень подвижный, дерганный, даже резкий, гонял своих белых подчиненных, не стесняясь. Любимым его выражением была команда «минтом». Это значит «живей, быстрей, одна нога здесь, другая там» и т. д.
Кстати, потом он женился на местной девушке. Оседлых цыганок, видимо, он не рассматривал ввиду отсутствия таковых в нашей местности. Это был необычный оседлый цыган, имеющий профессию и занимающийся квалифицированным трудом. У них родилась дочь, такая же смуглая.
Для жителей деревни все эти работники считались «небожителями», так как выполняли профессиональную работу, на которую были способны не все. Они бурили ямы, вкапывали туда не идеально струганные деревянные опоры с железобетонными приставками, вкручивали изоляторы, протягивали провода и монтировали свет в домах. По окончании работ комфорт почувствовали все.
Когда бригада уехала, на дорогах, лугах оставались лежать остатки ее работ: куски проволоки и изоляции, изоляторы и т. д.
Я шел в гости к своим двоюродным братьям и сестрам. Нужно было вдоль пройти целую улицу, назову ее Лепиловкой. Шел, с легкостью подпрыгивая, так как десятилетний возраст это позволял. На дороге лежал тот кусок проволоки, скорее всего, в виде свивки из алюминиевых проводов. Я взял его, чтоб разнообразить свой путь, и стал немного им размахивать. Со временем мне это надоело, и я решил выбросить эту проволоку. Почему-то решил выбросить не в сторону, а вверх.
Вдруг над головой раздался страшный треск, похожий на взрыв. Уже тогда я понял, что что-то было нарушено с прохождением электрического тока, которым электрики пугали жителей во время этих работ.
От проволоки ничего не осталось, она сгорела, обеспечив короткое замыкание, замкнув фазу и ноль. Нагрузка, равная нулю, сгорает из-за увеличения тока до бесконечности.
Немного взволнованный, я подошел к дому, где проживали двоюродные братья и сестры. Они сообщили, что во всей деревне пропал свет, которым уже несколько дней люди наслаждались.
Я понял, что эту диверсию совершил я, и меня могут наказать, посадить в тюрьму. Тюрьмой и милицией пугали детей, не понимая, что дети верят в это. Когда в поселок въезжал мотоцикл с милиционерами, я всегда прятался. Еще пугали какой-то «симаковкой», которая живет во ржи и крадет детей, и показывали фото кенгуру с сумкой, куда можно класть детей. Что это кенгуру, стало известно значительно позже, а пока это было страшное существо. Хотя сама кенгуру не отличается красотой, и в ней действительно есть что-то демоническое.
Я молчал, не признавал свою вину в совершении диверсии с электричеством.
Кто-то побежал за моим отцом, который находился в деревне, видимо, был выходной день. Отец подошел к подстанции с трансформатором и автоматами аварийного отключения. Приоткрыв крышку, он увидел, что один автомат был опущен. Отец поднял его вверх, и свет в деревне был восстановлен.
Я был очень рад, что отец спас меня от тюрьмы.
Автор публикации
