В.
КПП он воздвигнул по воле чинов.
Средь других оно стало объектом почести.
Оно ведь на фоне панельных домов
Все равно, что музей деревянного зодчества.
К.
Охота, рыбалка, аккордеон,
Есть спектр увлечений, чем жизнь заполнить.
На службе о службе лишь помнит он,
Другим помогает об этом помнить.
Г.
Открытый всем и близок, хоть
Для всех не Господ он — господь.
Похоже, что для пользы дела
Он изучил Карнеги Дейла.
С.
Умел, находчив он в труде,
Галантно возле женщин вьется,
Но не оставит он в беде
И ту, что по бокалам льется.
К.
Не видно на лице следов суровой жизни.
Багровым не был никогда шрам на губе, на нижней.
Б.
Решительно покорный, где надо, и тактичный,
Невыносимо груб и страшен иногда,
Напористый нахал, открытый и комичный,
Достоин восхищений и ценен как всегда.
С.
Он был комбатом строгим,
Авторитетом многих
Всегда в нем справедливость,
Душевность выдает.
Таким он и остался.
И стоит повстречаться,
Он с искренностью первым
Руку подает.
С.
Законностью, суровостью веет.
«Черный плащ» — он прозвище имеет.
О.
Он цепкой памятью блеснет,
Не морща лоб, экспромтом, разом,
Одним дыханием плеснет
Все даты, номера приказов.
К.
Легко в компанию протискивается,
Устами доверие льет медовыми,
Виляет хвостиком заискивающе
Перед начальниками знакомыми.
Замполитам — сослуживцам
Ж.
Слово бодрое подбросит,
Словно добрый Айболит.
Мягко требует и просит.
Сразу видно — замполит.
Кто спляшет нам, споет про тещу
Про самолет и Мерседес-
Лишь он — воздушный наш извозчик,
Наш ПКП по РЛС.
Ругнуться может как сапожник,
За стопкой в рассужденьях вождь.
А, говорят, он и художник —
Художник, что рисует дождь.
Б.
Донесением занялся,
Да и планы написал.
Поболтал и посмеялся,
Чтоб денечек не пропал.
В.
С дизайнерством зачем к нему вы пристаете
Вы метод пропаганды не тот ему суете.
Он гладким языком как серпом острым косит,
Но никогда из рук своих топор не бросит.
На нем покой душевный, блеск живой в глазах,
Веселая улыбка на сахарных устах.
Этими устами он повторяет вновь,
Что верит в сказки про любовь.
П.
Он кавалер, джельтмен, танцор,
Он за столом певец, оратор.
Для пищи твердой — хлебосол,
Ну а для жидкой — дегустатор.
К.
Рот его никогда не закрывается
Потому что говорит, или говорить собирается.
Е.
Он чеки раздаст, напишет запрос.
Ведь путь социальный для нас очень дорог.
А должность то как его — вот в чем вопрос?
Да кто его знает, навроде — психолог.
Из года в год добродушный психолог
Пытался найти по специальности место.
Недавно работы нашли ему ворох:
В избиркоме Ребровского уезда.
Начальникам клуба (без клуба)
К.
О должности его сказать охота
И может, даже, завопить.
Но если все же дать ему работу,
Он свой позор сумеет искупить.
Б.
Увидев командира с гитарой у стола,
Поник начальник клуба головою.
Какая самодеятельность художественная была —
Теперь она не будет таковою.
О.
Василий мычит, напевая мотив.
Засела глубокая дума:
Ах, как, минералку быстрее допив,
Умчаться, чтоб не было шума?
Окрасился нос в ярко-розовый цвет,
Покоя мозги не давали.
Когда же придет долгожданный обед?
А там, поминай, как звали.
Нынче Вася не при деле,
За столом с утра в отделе.
Он у нас веселый мальчик,
Целый день смотрел журнальчик,
Да и мухам то и дело
Наносил обиды смело.
Цели достигал заветной —
Ловко, складкою газетной.
Но однажды этим делом,
После пятой из засад,
Не убил он муху в целом,
Раздробил ее лишь зад.
Оторвать ей трудно было
Зад, прилипший от стола.
Муха, все, проверив силы,
Так подняться не смогла,
На бочок лишь залегла,
Долго лапкою водила,
И к обедне умерла.
Особым и секретным органам
В дверь ту вновь ты постучись,
А стучаться научись.
До чего же сверхсекретна
Наша долбанная «жись».
Кто сидит там, толь связист,
Кодировщик иль радист,
Как выстукивает коды —
Знает только особист.
Держит шнур телефонист,
Там стучит телеграфист.
Кто стучит и кто такие —
Знает только особист.
Человек он вроде наш,
В то же время и не наш.
Если бдительности нету —
Враз возьмет на карандаш.
В голове его регистр,
Он талантливый статист,
Современный контрразведчик,
А по-старому — чекист.
Может прибыл в часть нацист,
Баркашовский профашист?
Неизвестно кто явился,
Хоть на вид он Ференц Лист.
Прибыл кто, что за артист,
Духом, телом он ли чист?
Спит он с кем, как, где и сколько —
Знает только особист.
Офицерам — сослуживцам
К.
Бокал, поднимая за женский пол, он,
Держа в уме их, он всех брал в счет.
Но с тех пор, как с заразной вернулся Анголы,
За женщин белых он только пьет.
Р.
Энергичность, лихость, шалость,
В миг работа закипит.
Не пора ли нам усталость
Пивом с водочкой залить.
С.
То горяч, то вежлив словом,
То угрюмый, то веселый,
Или свой до простоты.
Дюжий, редкой красоты.
К.
Любовь подчиненных к нему безмерна,
Справедлив он и честен, относительно тих.
К ним же ко всем он не то что доверчив,
Он, просто, «тащится» от них.
М.
У коменданта работы обширный сектор.
О КПП он бредил и ночью.
Если командир этой стройки директор,
Он же — великий зодчий.
Д.
Овеян он доверием, опутан должностями,
Но твердо и умеренно он тянет свои лямы,
И дело, и уменьем, и мненьем поумнее,
И словом покрасивее, и словом подлиннее.
А.
Манеры в меру скромные, простые,
Но все же у него суровый, грозный вид:
Усищи черные предлинные густые,
А, говоря, он ими шевелит.
К.
Недоуменно о мотивах гадаем:
Точки горячие взяты на мушку.
Мы говорим: — Кушка, подразумеваем — «Дудаев»,
Мы говорим: «Рахмонов», подразумеваем – Кушка.
Как-то пришел на беседу со мной.
Голос, акцент развязный блатной,
Дергал коленкой, шаркал ногой,
Будто коня привели на постой.
К.
Разминки в гараже заметит каждый.
До «крентиков» напился лишь однажды.
К.
Он убедит, уговорит,
Он не пугает, не кричит,
И властью кичиться не станет,
Но, если нужно, всех «достанет».
Голодает раз в неделю,
Омолаживает тело.
Массажи, спорт, система голоданья
Не обошлись без нормы госпитальной.
Еще немного себя стоит довести,
В саду лучше будут яблони цвести.
Воскликнул изумленный Николаич:
— С чего бы, хоть убей, не понимаю
Меня сам Лебедев Володей называет,
Его, наверно, с должности снимают.
П.
Аж пугает его тон.
Утверждает себя он.
П.
Исполнительный наш Пиков.
Он работает не пикнув.
Всех он вас по небу водит,
На посадку нас заводит.
Вроде в кресле посидел,
А посмотришь — поседел.
В.
Координаты даст, кто просит.
Нет полетов — можно дать
Удаленье — слон Д8
И прибой — ладья F5.
Начфизу
Освоив модный урок демократии,
Сделал надежнейший выбор он:
Протянутой рукою выпросил у кандидата
Во время компании предвыборной.
Девиз его почти таков:
Побольше дел, поменьше слов.
В спортивном комплексе уют,
По коридорам все снуют,
Работают — чуть не поют.
И есть тут все — тепло и свет,
Есть и отдельный кабинет,
И баня не начальства для
Отделана под стиль Кремля.
Покой душевный ему нужен,
Чтоб остальным было не хуже.
Где взял он деньги — знать никто не смеет.
В стране их нет давно, а он имеет.
И дан им план был год назад.
Здесь был и профиль, и фасад.
На карте стрелки «Вест» и «Норд»,
Коробка, борт, площадка, корт.
Сейчас есть лед, хоккейный борт,
Для победителей найдется торт.
Никто сей труд и достиженье не осудит.
Но где площадка, летний корт?
Да здравствует великий спорт!
А корт с площадкой — это будет.
«Хрусталь с шампанским», звенящий снова
Звенит звончее, чем у Буйнова.
На службе держится уверенно,
Не слишком лихо, а умеренно.
За рюмкой же — участник сводного
Ансамбля русского, народного.
П.
Мыслил он по-философски —
Вылезло призвание:
Бытие вначале было,
А потом сознание.
А теперь, рекламы ради,
Загляните в лавку к дяде.
Я и сам туда пойду,
Вот деньжат подсоберу.
Начфину
Начфину летчики мораль читали в назиданье:
Украл зарплату ты у нас, продукт питанья.
Но красть начфину то уж было не дано,
Все до него в Москве украдено давно.
Отчеты и финансы,
Строительства учет.
Ведет свое хозяйство
Или в запой идет.
М.
С виду, вроде Матушкин,
Выпьет же, как батюшка.
Метеоролог
Словесных полно выкрутасов,
Забавны прогнозы лихие.
Даже если на улице ясно —
Все равно мы поверим в стихию.
З.
Он носит имя модельера,
Ведет себя вполне прилично.
У них похожая манера.
В одежде только есть различье.
Л.
Указанья, советы мудры как от бога.
Но ведь их у него слишком много.
Б.
Он славный теоретик, тактик,
Но трудно полагать, что практик.
К.
Если горлом не болеет
Мы ученье одолеем,
Карандаш ему дадим,
И врагов всех победим.
Л.
Для него мы Витя, Ваня,
И для нас он «корефана».
Ф.
Он всегда суетлив на работе,
Шум и споры вокруг в связи с тем.
Все притихнут и скажут: — Да, «много работы»!
И подумают молча: — «Громада проблем»!
В приемах строевых он слаб, но бодр,
И бодро по улицам жизни шагает.
Профессию вторую второй год
Второго института постигает.
И на закате бодрости мужской
Считает, что от жизни взял немного.
Покой он оставил для жизни второй,
Которую, наверно, заказал у бога.
Какая б в штабе ни была сумятица.
Ни темперамент, ни напор в нам не упрятаны.
Что для судебных дел должно печататься,
Сегодня срочно будет отпечатано.
О.
Зимой и летом
Строен и крепок, как сигарета,
Сигарета не выкуренная,
В пепельницу не тыканная,
Сигарета горящая,
Женщин манящая.
Н.
Хозяйственный, до философских мыслей дожил.
В одной из них нас убедил навечно:
Брат подполковника, конечно,
Уж быть не капитаном должен.
П.
Пошел он вверх не беспричинно,
А по причине папиного чина.
М.
Точь в точь как патриарх Алексий
Он звуки «Л» проговорить не может.
Но обошел того в вопросах секса,
И в производительности тоже.
ЗНШ
Организует, ведет умело
С женщинами процесс.
В результате достигнут в целом
Не только бумажный прогресс.
Работает лихо, разумно, без шалостей,
Не страшась неожиданных бед.
Может, дома бывают слабости,
На работе слабостей нет.
Д.
Быть ведущим вечеринок ему нравится,
Бодрый тон старается задать.
А чтоб волненьем лишним не страдать,
Считает нужным накануне остограмиться.
А.
До прибытья его мы не знали,
Что у штурманов полет наоборот:
У принтера «посадка» вначале,
А к вечеру спринтерский взлет.
К.
Аккуратно «выползает из норы»,
Молотком неторопливо машет.
Он медленно «спускается с горы»,
И «пашет, пашет, пашет».
Б.
Не будите, друзья, вы его слишком рано,
Ведь, к разводу вставать для него просто мука.
Без того худоба уж заметнее стала
В непомерно широких технических брюках.
Д.
Отвечает майор Думкин
Хорошо всегда подумав.
Но бывает так задумчив,
Что ему не до задумок.
Работникам ГСМ
С.
По пути однажды совершил почин —
Получил заслуженный в результате чин.
Перспективы у Солдаткина немало
Пройти с тылу от солдата до генерала.
Когда стране бывает очень нужно,
У них работы полон рот.
Ведь, ГСМ не только для наружных,
Но и для внутренних работ.
Л.
В душевной беседе, считает он,
Хоть рядом стоит чекушка,
Не только водка играет роль,
Играет роль и закуска.
Д.
Не видел я сего творенья,
Когда не в шутку, а всерьез,
На нашу жизнь нашло явленье,
Как неоправданный прогноз.
Дитя всех бурь и ураганов,
В любых страстях неутомим.
Мне жалко этих генералов,
Что трепыхалися под ним.
Я их представил на коленях
Перед возмездием своим.
Надрывный голос, как полено,
Долбил безжалостно по ним.
Л.
Кто там шагает гордый и вялый
Небрежной походкой и взглядом усталый,
Горящи глаза, весь в спокойствии чинном,
Роскошны усы на гусаре картинном.
Т.
Приснилось мне, что мир перевернулся,
Что люди все бегут под чей-то страшный гул.
Один лишь он ничуть не встрепенулся,
Лишь ухом чуть повел и голову втянул.
Его шажок — моих две ходки.
Сам он высок — штаны коротки.
В.
Заметив красавиц девиц, он сияет,
Игривым вопросом он их задевает.
Простым обхожденьем для них он доступный,
Жаль только, они все пока неприступны.
С.
Себя он не дает сжигать как газ,
В узде он держит свою шалость.
Бывает дома в две недели раз,
Всю остальную жизнь перенося на старость.
Н.
Типичная скромность,
Степенность идет
Сутулой походкой,
Очками вперед.
Со службой в протесте,
Но видимый фактор:
Поменьше конфликтов,
Побольше контактов.
М.
До жестов ручных и небрежных доходит,
Однако, пока со стола не выходит.
Л.
В вопросе деликатном, исключая ропот,
Он по привычке перейдет на шепот.
С.
Он внешне не слишком радушен,
И голос не очень нежит,
Но лучше других, а не хуже
Свою репутацию держит.
На вид подпоручик бравый,
Бакенбарды заметите вы.
По-гусарски пошутит с вами,
Улыбаясь криво в усы.
О.
Подкатывается к людям в аккурат,
С наружи, несмотря, что сам «квадрат».
Генералу
Он слушал наши жалобы, сердился:
— Подать Хохловых, Тяпкиных сюда!
Настал тот миг, когда вошла она,
И он в нее влюбился.
Д.
Женщинам нашим внушает он страх,
Его представляют с кинжалом в зубах.
Напрасны внушенья, к тому мы добавим:
Он пылок, горяч, как все горцы — забавен.
Молодому офицеру
Любитель до минуты точных фактов,
Официальных и других военных тактов.
Заметна молодость в тебе
По стройности и худобе.
Официанточки ему все улыбаются,
Улыбкою взаимной обольщаются,
Надеждою какой-то предвкушаются,
Ну а потом, конечно, дружно каются.
П.
— Я любитель вина и женщин,
Знаю службу ничуть не меньше,
Мне в наряды ходить не совсем обязательно,
И полеты зачем отцу — авиатору.
Я старейший седой капитан,
Высший титул мне женщиной дан,
Титул мужчины в рассвете лет.
Жаль нет мне от службы ни слова в ответ.
Б.
С горделивым равнодушьем в потолочек плюет,
И салагам игривым наставленье дает.
Ворчит в столовой, что мяса мало.
Знать, видно, прожил он лет немало.
М.
Бывало даже так: начальничек какой
Ему вдруг дерзость, грубость сказать может.
Такими же словами он сам того обложит.
Уж поздно донимать — чай возраст не такой.
Прапорщикам — сослуживцам
Ж.
Массажем он активно подзанялся,
Чуть кости не выламывал в труде.
Однажды так перестарался,
Что у клиента нерв отнялся,
А руку выломал себе.
Он заядлый у нас банник,
Спин и пяток бригадир,
Позвоночников начальник,
Мягких тканей командир.
Р.
Пусть ветры перемен, указов горы —
Ничто не сломит дух его пивной.
Твой верный сын Россия в винном море
По прежнему купается с тобой.
Х.
Милицейский газик, приняв за попутку,
Махнув рукою, он остановил,
И, почему-то тут же не на шутку
На сутки в отделенье угодил.
Ш.
То тут стучит, то там течет —
Спешат к нему водилы.
И принесли ему почет
УАЗы, ГАЗы, ЗИЛы.
На лице щека побита,
И пускай пройдут года —
Ту бутылочку с «карбитом»
Не забуду никогда.
Г.
На утро глаза полыхают
С попойки горящим огнем,
Но в полдень огонь затихает,
И нет той азартности в нем.
А к вечеру взглядом стеклянным
По небу он будет скользить,
При всех на забор деревянный
Он будет бессовестно лить.
В гулянку душа развернется:
Прегромкий мотив из нутра,
До пьянки безмерно дорвется
И грохнет костьми до утра.
Сосуды вот лопнут на шее —
Устроит такой балаган,
И ругань сермяжная веет,
Стара, как посконная ткань.
Д.
По доброте я выпиваю,
По доброте я и гульну,
По простоте я утверждаю
Немногозвучным словом «Ну».
Б.
Когда-то в детстве был задирой,
Спокойно жить не мог никак,
Что до сих пор не хочет мира,
А чешет жирный свой кулак.
Ш.
Суету и вежливость мы заметим в нем.
Светится в улыбке он весенним днем.
Когда нет работы — чем себя занять,
Побежит до штаба он, прибежит опять.
Шаловлив и весел вольный ветерок,
Как ты еще молод старый «прапорок»!
Ш.
И блеск на одежде, и запах мазуты,
И в чем-то таком его ноги обуты.
Здоровый и крепкий, овеян ветрами,
В работе проверен, проверен спиртами.
Для него везде закон —
Задавать хороший тон,
Выпивать, так до бузы
Не бутылки, а тазы.
Г.
За стеною у соседа
— Бу-бу-бу — слышна беседа.
А слова то словно пуля
Вылетают с Миши Гуля.
П.
Пред строем командиру он докладывал в наряде
Как маршал маршалу на праздничном параде,
Чтобы приемы строя были не забыты,
Что авиации деды отнюдь не лыком шиты.
К.
Лицо и тело его бело —
Хоть к императору на бал —
То цвета сахара, то мела,
А то сияет, как крахмал.
Пусть равнодушен по манерам,
Но добросовестен и прост.
Везде и всюду знает меру,
И не поднимет лишний тост.
С.
Какой бы ни был край — Восток или Урал.
Везде «хохла» мы чистокровного приметим.
Но мы, однако, с гордостью заметим:
Он ничего пока что не украл.
Уважает себя, бережет,
Деловитым себя считая,
Как-то женщин берет в оборот,
Яркой лысиною сверкая.
Может льстить прямиком,
Нагрубить и подраться,
И с помелья тайком
Убежать и проспаться.
Продукты, тряпки достает,
Во славу нации поет.
Т.
Как всегда, кивком он спросит,
Или спросит не всегда.
Словом длинным он не косит:
Ах, ну-ну, да-нет, ну-да.
Редким словом, но он меток:
Ах. сойдет, ну-да, да-нет
Я к нему и так, и этак,
Он тебе — ха-ха в ответ.
Осторожен, беспрекословен,
И уж очень немногословен.
Не какой-нибудь чеховский Беликов,
То — дежурный по связи прапорщик Телепов.
К.
Заразительно может не ложно,
Непритворно вовсю хохотать,
Жизнерадостным матом сапожным
Так и этак загнуть «твою мать».
Он любитель стихов и кроссвордов,
С удареньем про все говорить.
И мужчина он высшего сорта,
Но и выпить не прочь, и … запить.
Он серьезен, не только смеется
И поклонник всех праздных утех,
Перед старшими вежливо мнется,
На работе имеет успех.
С аппетитом прекрасным и мигом
Он глотает журналы и книги.
Ну, а в общем, мужик увлеченный,
Не моченый на вид, не лащеный,
Жизнью хлопотной обточенный.
К.
Светлой мыслью ты блистаешь,
В этом споре царь ты,
За столом, когда играешь
В домино и нарды.
Г.
Закружился в плавном танце.
Не теряйте девки шанса.
К.
Водку втихую он пил не слабо.
Попробуй тронуть — всегда он прав.
Кончик носа загнутый набок,
И глазки пучит — как дерзок нрав.
Орет за себя в порыве упрямства.
Устойчивый раб в неустойчивом пьянстве.
С.
Бывал за морями, живет теперь с нами,
Обдутый ветрами, обмытый цунами.
О. мл.
Его в собратии таком
Зовут «малым Олексюком»
В манерах четкость есть и даже малость лоска.
В делах и резов он, и хват,
И, несмотря, что чей-то брат,
Своим он стал и будет своим в доску.
К.
Шныряя бесстрашно по задним крылечкам,
Живет для себя махинатор беспечный.
Схитрит и для службы лихой доставало,
Заедет и спрыснет удачу бокалом.
Женщинам — сослуживицам
Машинисткам
Лена на машинке пальцы набивала,
Пальцы набивала, песню напевала.
Лена ту машинку вовсе не щадила,
Потому та, бедная, ходуном ходила.
А потом Людмила в дверце показалась,
В дверце показалась, мило улыбалась.
Вспомнили вчерашние всех актеров роли,
Новости, «Марию», головные боли,
Что вчера купили, платья и сапожки,
Колбасу и овощи, и свиные ножки,
Как кого-то крепко очередь зажала,
Как собака чья-то по ночам визжала.
Обсудив проблему болей в пояснице,
Намекнули что-то за глотком водицы.
Вспомнила другая, зачем шла сюда-то,
Взяли ключ какой-то и пошли куда-то.
Все они как рабочие пчелки
В кабинете как в улье жужжат.
Их удел — на машинке пощелкать
И в бумагах, зарывшись шуршать.
Пчелки эти ужалить не могут,
Могут медом обильно полить.
Добрых слов им сказать можно много,
Легче с ними и радостней жить.
С.
Штабная работа — нет лучшего счастья,
Но все же приходится ей вспоминать о техчасти.
С.
Сманив ее на сцену зала,
Артист задумал пошалить,
Но не знал он, что ей «папа»
Целоваться не велит.
К.
Изнывая в зевоте, отодвинув газету,
Вот-вот да и вспомнит про московского «Петю».
О.
Красивой быть не запретишь,
За волосами ты следишь,
И красишь волосы, поди ж.
Тебе бы прямиком в Париж,
А ты все в Костроме сидишь.
К.
Буквочки как семечки,
От бумаг не встать.
Нету даже времечка
Книжку дочитать.
М.
Вертя хвостом, мы ей бумаги «ложим»
В работе мы подчас еще ведь те.
По доброте своей она помочь нам может,
Но и «послать» по той же доброте.
А.
Возле кассы стенка,
А за кассой Ленка.
И не даст ведь денег
Милая злодейка.
Х.
В манерах простодушна дуже,
Да так, что простота идет наружу.
Телефонисты
Милы и нежны вы,
На трубке вежливы,
Дежурите играючи
На грубиянов лаючи.
В быстроте, как не гонись,
Вряд ли всем другим угнаться,
Там в «скворечнике» сидит
«Автомат» номер тринадцать.
И с каждым днем все очевиднее бывает:
Сама же техника за ней не успевает.
К.
Такою работой не будешь и рад:
Когда ж телеграфный придет аппарат.
Но все ж аппаратик пока что в пути —
В какой магазин ей сегодня пойти?
А.
С нами здесь под звон бокала
В игры детские играла.
И мы как бегемотики
Хватались за животики.
Д.
Быть бы всем, как она, не хуже,
По заботе, вниманию к мужу.
К.
Глазастая, зоркая, словно сова,
Видит обязанности, да и права.
Потягаться в споре с нами
Ей, пожалуй, по-плечу
Переспорил ее сам бы,
Только что-то не хочу.
Г.
Голос чист как светлая водица —
Звучит почти на русском, на одном.
Но все же веселиться и сердиться
Ей легче на украинском родном.
Б.
К работе общественной, склонную
Решили когда-то «главою» двинуть.
Сказать теперь можно с гарантией полною:
Назад ее нам уж никак не задвинуть.
Инициатор всех затей
И лидер женского актива,
И как рыбешечка в воде
В мужском военном коллективе.
Улыбчивей, краше ты стала у нас.
Я давние помню слезы из глаз.
За год воды утекло уж немало,
Количество слез же заметно упало.
К.
Невеста ты в свои года,
Стройна, упруга как всегда.
И у мужчин еще надежды
Не все уплыли навсегда.
М.
Топокарты разложены с толком,
С пылью мирно лежат день и ночь.
Они если б прыгали с полки на полку,
Вряд ли могла она всем нам помочь.
Жене особиста
Ты в жертву мужу принесла себя.
Тебя как никого мы понимаем.
Под оком пристальным ЧеКа
Мы жертвой сами иногда бываем.
Автор публикации
Комментарии: 0Публикации: 20Регистрация: 06-01-2026